Чарльз Диккенс. Барнеби Радж - ГЛАВА ВОСЬМАЯ
70 >
оказывать ему какую бы то ни было помощь и поддержку и даже общаться с ним,
а также предписывалось всячески досаждать и вредить этому Джозефу, задевать
и оскорблять его, затевать с ним ссоры, где бы и когда бы они его ни
встретили.
Облегчив душу этой решительной мерой, мистер Тэппертит соблаговолил
подойти к столу, за которым пировали Рыцари, и, постепенно оттаяв,
согласился председательствовать. В конце концов он даже порадовал компанию,
спев песенку. Он простер свою любезностъ до того, что проплясал под скрипку
(на которой играл один талантливый член Общества) матросский танец так лихо,
с такой необычайной живостью и блеском, что зрители просто не знали, как
выразить свой восторг, а слепой Стэгг со слезами на глазах объявил, что
никогда еще он так не сожалел о своей слепоте.
Но, удалившись на время от общества, - вероятно, для того, чтобы
наедине оплакивать свое несчастье, - хозяин скоро вернулся и объявил, что до
рассвета остался какой-нибудь час, не больше, и петухи Барбикена уже кричат
во все горло, как будто их режут. Услышав это, Рыцари поспешно встали из-за
стола и гуськом, один за другим поднявшись наверх, разбрелись в разные
стороны. Их вождь вышел последним.
- Покойной ночи, старшина, - шепотом сказал слепой, выпустив его. -
Прощайте, храбрый генерал! Пора вам бай-бай, знаменитый вождь... Счастливого
пути тебе, пустая башка, чванный осел, хвастун, коротконогий идиот!
После этого последнего напутствия, которое он прехладнокровно произнес
вслух, прислушиваясь к удалявшимся шагам старшины, слепой запер решетку и
сошел вниз. Здесь он развел огонь под котелком и без всякой посторонней
помощи принялся за свое дневное занятие: он продавал наверху, во дворе, суп,
бульон и вкусный пудинг по одному пенни за порцию, стряпая все это из разных
объедков, которые к вечеру можно было за гроши купить оптом на Флитском
рынке. Сбывал он свою стряпню главным образом по знакомству, так как место
было глухое и далеко не такого сорта, чтобы привлекать много гуляющих.