Чарльз Диккенс. Барнеби Радж - ПРЕДИСЛОВИЕ
4 >
страницах моей повести дни мятежа, во всяком случае они описаны
беспристрастно, человеком, который отнюдь не является сторонником папизма,
хотя у меня, как у большинства моих соотечественников, есть весьма уважаемые
друзья среди людей, исповедующих римско-католическую веру.
При описании главных событий я руководствовался самыми авторитетными
источниками и документами той эпохи, так что рассказ мой обо всех главных
событиях мятежа в основном исторически верен.
Процветание в те времена ремесла мистера Денниса (чем он постоянно
хвастает) - никак не выдумка автора, а страшная правда. Перелистайте любой
комплект старых газет или любой том Ежегодника* - и вы в этом легко
убедитесь.
Даже в истории Мэри Джонс, которую с таким смаком рассказывает тот же
Деннис, ни одна подробность не является плодом авторской фантазии. Все факты
изложены в моей повести точно так, как они были в свое время изложены на
заседании палаты общин. Неизвестно только, доставила ли история Мэри Джонс
этому собранию веселых джентльменов такое же развлечение, как другие
потрясающие факты, о которых сообщает Сэр Сэмюел Ромилли*.
Так как дело Мэри Джонс убедительно говорит само за себя, я приведу
здесь отрывок из речи "О частых казнях" сэра Уильяма Мередита* на заседании
парламента в 1777 году:
"На основании закона о краже в лавках была осуждена и казнена некая
Мэри Джонс, историю которой я сейчас вам изложу. Случилось это в то время,
когда поднялась тревога по поводу Фальклендских островов и был издан указ о
принудительной вербовке*. Мужа этой женщины взяли во флот, все их имущество
забрали в уплату за какие-то долги, и Мэри Джонс с двумя малыми детьми
вынуждена была просить милостыню на улицах. Не следует забывать, что она
была еще очень молода (ей шел только девятнадцатый год) и замечательно
хороша собой. Она вошла в лавку торговца полотном, взяла с прилавка кусок
дешевого полотна и сунула его под накидку. Торговец заметил это, и Мэри
Джонс тут же положила полотно на место. За это покушение на кражу она была
повешена. На суде она в свою защиту сказала (протокол у меня в кармане), что
жила честно, люди ее уважали и ни в чем их семья не нуждалась, пока
вербовщики не увели ее мужа. А теперь у нее даже постели больше нет, нечем
кормить детей, и все они раздеты и разуты. Может, она и поступила дурно, но
она себя не помнила, не сознавала, что делает. Приходские власти подтвердили