Чарльз Диккенс. Барнеби Радж - ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
110 >
как отражения в воде, ложились на тропу, по которой ехали путники, и легкий
ветерок веял еще тише, словно баюкая задремавшую природу. Молодые люди все
реже перекидывались словами, потом, наконец, и совсем примолкли и ехали
рядом, наслаждаясь тишиной.
- Смотрите-ка, "Майское Древо" сегодня сияет огнями, - заметил Эдвард,
когда они ехали уже по аллее, откуда сквозь обнаженные деревья видна была
гостиница.
- Да, сэр. Огней сегодня больше обычного, - подтвердил Джо, поднявшись
на стременах, чтобы лучше видеть. - Свет горит в большой комнате наверху, а
в нашей лучшей спальне топится камин. Не понимаю, для кого все это?
- Наверно, какой-нибудь запоздалый путешественник по дороге в Лондон
остался здесь ночевать, напуганный рассказами о моем приятеле-бандите, -
сказал Эдвард.
- Должно быть, человек он знатный, если отец отвел ему лучшие комнаты.
И ведь занял вашу кровать, сэр!
- Пустяки, Джо, мне все равно где ночевать. Ого, бьет девять! Едем
скорее!
Они поскакали вперед со всей быстротой, на какую способна была лошадь
Джо, и скоро остановились в той самой рощице, куда Джо утром заезжал по пути
в Лондон. Эдвард спешился, бросил ему поводья и бесшумными быстрыми шагами
пошел к дому.
У боковой калитки его дожидалась служанка и тотчас впустила в парк.
Эдвард прошел по дорожке к террасе и стрелой, взлетев по широким ступеням,
вошел в старинный мрачный зал, стены которого были увешаны ржавыми
доспехами, оленьими рогами, охотничьим оружием и другими украшениями в таком
же роде. Здесь молодой человек постоял недолго: в ту минуту, когда он
оглянулся, ища глазами свою провожатую и удивляясь тому, что она не вошла
сюда вместе с ним, в зал вбежала красивая девушка, и ее черноволосая головка
мигом прильнула к его груди. Но тут чья-то тяжелая рука внезапно легла на ее
плечо, а Эдвард был отброшен в сторону: между ними стоял мистер Хардейл.
Не снимая шляпы и одной рукой обняв племянницу, он сурово смотрел на
Эдварда и хлыстом указывал ему на дверь. Эдвард выпрямился и смело встретил
Его взгляд. - Хорошо же вы поступаете, сэр, нечего сказать! Подкупаете моих
слуг и непрошенный, тайком, как вор, приходите в дом, - произнес мистер
Хардейл. - Уходите, сэр, и никогда больше не появляйтесь здесь!
- Присутствие мисс Хардейл и ваше родство с ней мешают мне ответить,
как должно, на ваши оскорбления, - сказал Эдвард. - Если вы человек
порядочный, не злоупотребляйте этим. Вы сами вынудили меня так поступать.