Library

753 >

                                   Часы

     Когда мы поднимались по лестнице, мистер Пиквик надел очки, которые  до
сей минуты держал в руке, поправил галстук, одернул  жилет  и  проделал  ряд
других операций, о которых обычно  вспоминают  люди,  когда  должны  впервые
появиться  в  незнакомом   обществе   и   хотят   произвести   благоприятное
впечатление. Видя,  что  я  улыбаюсь,  он  тоже  улыбнулся  и  сказал,  что,
несомненно, явился бы в лакированных туфлях и шелковых чулках, если  бы  эта
мысль пришла ему в голову прежде, чем он вышел из дому.
     - Я бы непременно это сделал, дорогой сэр, - сказал он очень  серьезно,
- если бы я не надел гетр. Я бы выразил тем самым свое уважение обществу.
     - Можете быть уверены, - сказал я, - что  мои  друзья  пожалели  бы  об
этом, очень пожалели бы, так как они им очень нравятся.
     - Да неужели! -воскликнул мистер Пиквик с  явным  удовольствием.  -  Вы
думаете, что им нравятся мои гетры? Вы всерьез думаете, что  при  мысли  обо
мне они вспоминают и мои гетры?
     - Я в этом уверен, - ответил я.
     -  В  таком  случае,  -  сказал  мистер   Пиквик,   -   это   одно   из
очаровательнейших и приятнейших открытий, какое я только мог сделать!
     Я бы не стал записывать этот короткий разговор, если бы он  не  осветил
маленькой черточки в характере мистера Пиквика, с которой я до сей  поры  не
был знаком. Втайне он гордился своими  ногами.  Тон,  каким  он  говорил,  и
взгляд, брошенный им на свои панталоны, убеждают  меня  в  том,  что  мистер
Пиквик взирает на свои ноги с весьма невинным тщеславием.
     - Но вот и наши друзья, - сказал я, открывая дверь и беря его под руку,
- пусть они говорят сами за себя.  Джентльмены,  позвольте  вам  представить
мистера Пиквика!
     Должно быть, в этот момент мистер Пиквик и я являли резкий контраст:  я
спокойно  опирался  на  свой  костыль  с  видом  несколько  изнеможенным   и
терпеливым, а он взял меня под руку  и  раскланивался  направо  и  налево  с
грациозной  учтивостью,  выражая  всей  своей   жизнерадостной   физиономией
добродушие, которое казалось безграничным. Разница между нами, должно  быть,
обнаружилась еще резче, когда мы приблизились к столу и любезный джентльмен,
приноравливая  свой  бодрый  шаг  к  моей  неуверенной   походке,   старался
относиться с величайшим вниманием к моим немощам и в то же время делал  вид,
будто нисколько не подозревает, что я в этом крайне нуждаюсь.
     Я познакомил его с каждым из моих друзей по  очереди.  Прежде  всего  с

Следующая

753 >