Чарльз Диккенс. Посмертные записки Пиквикского Клуба - ГЛАВА VI
71 >
высказывали свое одобрение, то мистер Уинкль был весьма польщен и доволен.
Добродушный священник взирал благосклонно, ибо при виде счастливых лиц за
столом добрый старик тоже чувствовал себя счастливым; и хотя веселились,
быть может, слишком бурно, зато от души, а не для виду. А в конце концов
только такое веселье имеет цену.
В этих беззаботных развлечениях быстро промелькнул вечер, а когда было
покончено с сытным, хотя и простым ужином и маленькое общество расположилось
дружеским кружком у камелька, мистер Пиквик отметил, что никогда еще не был
он так счастлив и никогда так полно не наслаждался ускользающими
мгновениями.
- Да, да, это то, что я люблю, - сказал гостеприимный хозяин,
торжественно восседавший рядом со старой леди, держа ее руку в своей.
Счастливейшие минуты моей жизни пролетели у этого старого камина, и я так к
нему привязан, что каждый вечер развожу в нем пылающий огонь, пока он не
разгорится до невыносимого жара. И моя милая старая маменька, когда была
девочкой, не раз сиживала вон на той скамеечке перед камином. Верно,
маменька?
Непрошеная слеза, которую вызывают воспоминания о былом и о давно
ушедшем счастье, скатилась по щеке старой леди, и она с меланхолической
улыбкой кивнула головой.
- Не осудите меня, мистер Пиквик, за болтовню об этом старом камине,
помолчав, продолжал хозяин, я его горячо люблю и другого не знаю. Старые
дома и поля кажутся мне живыми друзьями, так же как и паша маленькая
церковь, обвитая плющом, о котором - к слову сказать - наш добрый друг
сочинил стихотворение вскоре по приезде в наши края. Мистер Снодграсс,
разрешите наполнить ваш стакан?
- Он полон, благодарю вас, - ответил этот джентльмен, чье поэтическое
любопытство было весьма возбуждено последним замечанием хозяина. Простите,
вы упомянули стихотворение о плюще?
- Об этом вы должны спросить вашего друга, - многозначительно ответил
хозяин, кивнув в сторону священника.
- Мне бы очень хотелось услышать это стихотворение, сэр, - сказал
мистер Снодграсс.
- Уверяю вас, это так, пустячок, - ответил священник, - я был молод,
когда сочинил его, и в этом единственное мое оправдание. Но если вам угодно,
вы его услышите.
Разумеется, в ответ раздался шепот заинтересованных слушателей, и
старый джентльмен - с помощью подсказывавшей ему жены - прочел следующие
строфы.
- Я их назвал, - сказал он, ЗЕЛЕНЫЙ ПЛЮЩ