Чарльз Диккенс. Посмертные записки Пиквикского Клуба - ГЛАВА XLI
535 >
проникал свет из нескольких окон, находившихся невысоко над полом и
выходивших во двор, усыпанный гравием и обнесенный высокой кирпичной стеной
с железными рогатками наверху. Как выяснилось из слов мистера Рокера, это
был двор для игры в мяч, и далее выяснилось из показаний того же
джентльмена, что был еще один двор, поменьше, в той части тюремных владений,
которая примыкала к Феррингдон-стрит, прозванный и именуемый "Живописным
двором", ибо его стены некогда были покрыты изображениями различных
кораблей, идущих на всех парусах, и другими художественными изображениями,
исполненными в былые времена каким-то заключенным в тюрьму рисовальщиком в
часы досуга.
Сообщив эти важные сведения, скорее с целью от них освободиться, чем с
намерением просветить мистера Пиквика, проводник добрался, наконец, до
следующей галереи, свернул в маленький коридор в дальнем конце, открыл дверь
и обнаружил помещение на вид отнюдь не привлекательное, где стояло восемь
или девять железных кроватей.
- Вот комната! - сказал мистер Рокер, придерживая дверь и с торжеством
взирая на мистера Пиквика.
Однако лицо мистера Пиквика выражало столь мало удовольствия при виде
этого помещения, что мистер Рокер стал искать сочувствия на физиономии
Сэмюела Уэллера, который до сей поры хранил величественное молчание.
- Вот комната, молодой человек, - повторил мистер Рокер.
- Вижу, - отвечал Сэм, безмятежно кивнув головой.
- Вы не предполагали найти такую комнату в Феррингдонском отеле *, а?
осведомился мистер Рокер с самодовольной улыбкой.
В ответ мистер Уэллер ловко и непринужденно закрыл один глаз; это можно
было толковать в зависимости от фантазии наблюдателя: то ли он так думает,
то ли не думает, то ли вообще об этом не задумывался. Показав этот фокус и
снова открыв глаз, мистер Уэллер пожелал узнать, к какой именно кровати
относится лестное мнение мистера Рокера, будто на ней необыкновенно хорошо
спится.
- Вот она, - ответил мистер Рокер, указывая на сильно заржавленную
кровать в углу. - Она любого заставит заснуть, хочет он того или нет, - вот
какая это кровать.
- Пожалуй, - заметил Сэм, с крайним отвращением созерцая вышеупомянутый
предмет обстановки, - я бы сказал, что опиум ничего не стоит по сравнению с
нею.
- Ровно ничего! - подтвердил мистер Рокер.
- И надо думать, - продолжал Сэм, искоса взглянув на своего хозяина,
словно в надежде удостовериться, что все происходящее поколебало его
