Чарльз Диккенс. Посмертные записки Пиквикского Клуба - ГЛАВА II
31 >
отцу.
И этот путь не годился. Мистер Снодграсс был тронут, но взял на себя
доставку письма с такой готовностью, словно был двухпенсовым письмоносцем *.
- Если я паду мертвым, - продолжал мистер Уинкль, - или если доктор
падет мертвым, вы, мой друг, окажетесь соучастником в этом деле. Могу ли я
обрекать своего друга на ссылку... быть может, на вечную ссылку!
Мистер Снодграсс колебался только один момент, но героизм его выдержал
испытание.
- Во имя дружбы я готов подвергнуть себя любым опасностям! - воскликнул
он восторженно.
О, как мистер Уинкль мысленно проклинал его дружескую преданность, пока
они молча шагали рядом, погрузившись каждый в свои размышления! Время шло, и
мистер Уинкль начал приходить в отчаяние.
- Снодграсс! -сказал он, вдруг остановившись. Не вздумайте обмануть
меня... Не сообщайте об этом властям... Не помышляйте обращаться к
констеблям, чтобы они арестовали меня или доктора Слеммера Девяносто
седьмого полка, квартирующего в настоящее время в Четемских казармах, и тем
самым помешали дуэли. Заклинаю вас, не делайте этого!
Мистер Снодграсс с жаром схватил руку друга и с энтузиазмом воскликнул:
- Ни за что на свете!
Дрожь прошла по телу мистера Уинкля, когда он проникся убеждением, что
у него нет надежды вызвать какие-либо опасения у своего друга и что он
обречен стать живой мишенью.
После того как мистеру Снодграссу были объяснены все формальности и
ящик с дуэльными пистолетами был взят напрокат у рочестерского оружейника
совокупно с достаточным запасом пороха, пуль и пистонов, оба друга вернулись
в гостиницу - мистер Уинкль, дабы поразмыслить о предстоящем поединке, а
мистер Снодграсс - привести в порядок смертоносное оружие, чтобы можно было
им воспользоваться.
Был унылый и душный вечер, когда они снова вышли из дому для свершения
трудного дела. Не желая обращать на себя внимание прохожих, мистер Уинкль
задрапировался в широкий плащ, а мистер Снодграсс под своим плащом скрыл
орудия смертоубийства.
- Все захватили с собой? - взволнованно спросил мистер Уинкль.
- Все, - ответил мистер Снодграсс. - Боевых запасов вполне достаточно,
на случай если первые выстрелы будут безрезультатны. В ящике четверть фунта
пороха, а в кармане у меня две газеты для пыжей.
Такие дружеские заботы могли вызвать только признательность. Надо
думать, что благодарность мистера Уинкля действительно была слишком глубока,
чтобы найти себе подходящее выражение, ибо он ни слова не проронил и